В четверг, 11 декабря, в административном апелляционном суде Тулузы запланировано решающее слушание по вопросу о продолжении строительства автомагистрали A69. Символ крупных ненужных проектов и сопутствующих им неприятностей, таких как битумные заводы.
© Idriss Bigou-Gilles / Hans Lucas / AFP / Строительная площадка автомагистрали A69 в Камбон-Ле-Лавор, сельской коммуне Тарн. © Идрисс Бигу-Жиль / Ханс Лукас / AFP
автор: Vanina Delmas
« On a une nécessité de désenclaver le sud du Tarn, qui est aujourd’hui synonyme de ruralité. De par son passé industriel, notre territoire mérite qu’on ait ce raccordement à la métropole de Toulouse. Il y va de la survie économique de notre territoire », déclarait à France 3 Jean Terlier, député Renaissance de la 3e circonscription du Tarn (Castres-Mazamet-Puylaurens), en avril 2023 à propos de l’A69. Le mot est lâché : « désenclavement ». Et la rhétorique économique est bien huilée.
« Существует необходимость освободить от рабства юг Тарна, который сегодня является синонимом сельской местности. Благодаря своему промышленному прошлому наша территория заслуживает того, чтобы у нас было такое соединение с Тулузским мегаполисом. Речь идет об экономическом выживании нашей территории», — заявил в интервью France 3 Жан Терлье, депутат от Ренессанса от 3-го округа Тарн (КАСТР-МАЗАМЕ-Пуйлоренс) в апреле 2023 года по поводу трассы A69. Брошено слово: «освобождение от рабства». И экономическая риторика хорошо смазана.
« Dans tous les projets routiers, nous retrouvons systématiquement trois arguments chez les promoteurs et les politiques : le développement économique et la fluidification du trafic si c’est un contournement d’agglomération, le désenclavement pour les projets hors zones urbaines, explique Enora Chopard, membre de la coalition La Déroute des routes, qui rassemble une cinquantaine de collectifs opposés à des projets routiers. Le désenclavement est un argument dogmatique, car jamais ceux qui l’invoquent ne détaillent comment, pourquoi, sur quels critères, dans quels bassins de vie. »
«Во всех дорожных проектах мы систематически находим у застройщиков и политиков три аргумента : экономическое развитие и упрощение дорожного движения, если речь идет об объезде агломерации, освобождение от блокады для проектов за пределами городских районов», — объясняет Энора Шопар, член коалиции «разгрузка дорог», которая объединяет ряд инициатив. около пятидесяти коллективов выступили против дорожных проектов. Освобождение от рабства-это догматический аргумент, потому что никогда те, кто ссылается на него, не разъясняют, как, почему, по каким критериям, в каких жизненных бассейнах».
Dans les conclusions de l’enquête publique concernant l’A69, il est d’ailleurs écrit : « Le dossier indique que le principal avantage du projet réside dans l’impact économique favorable qu’il aura sur le bassin de vie Castres/Mazamet grâce au désenclavement du territoire qu’il permettra. Hormis quelques affirmations sur l’effet positif qu’ont eu des infrastructures similaires ailleurs en France, aucune démonstration concrète n’est présentée ni aucun chiffrage évalué. »
В выводах общественного расследования, касающегося автомагистрали A69, более того, написано «»в досье указывается, что основное преимущество проекта заключается в благоприятном экономическом воздействии, которое он окажет на жизненный бассейн Кастр/Мазамет благодаря освобождению территории, которую он позволит. За исключением нескольких утверждений о положительном эффекте, который оказали аналогичные инфраструктуры в других странах Франции, не представлено никаких конкретных доказательств или оцененных цифр»».
Depuis des décennies, des spécialistes de l’aménagement du territoire et des économistes pointent le fossé entre les données scientifiques et l’utilisation, voire l’instrumentalisation, du mot « désenclavement » (via les infrastructures de transport) par les politiques.
На протяжении десятилетий специалисты по землепользованию и экономисты указывали на разрыв между научными данными и использованием или даже инструментализацией слова «освобождение от рабства» (через транспортную инфраструктуру) политиками.
Par exemple, en 1993, l’ingénieur en urbanisme Jean-Marc Offner publie dans la revue L’Espace géographique un article au titre éloquent : « Les ‘effets structurants’ du transport : mythe politique, mystification scientifique », dans lequel il affirme : « Qu’il s’agisse du chemin de fer au XIXe siècle ou des autoroutes françaises, des métros des années 1980, des premières lignes de train à grande vitesse, ces équipements ne constituent pas forcément un “plus” (plus de zones d’activités, de sièges sociaux, de commerces, d’habitants, de clients, de touristes, d’étudiants, de chiffre d’affaires, de plus-value immobilière). Les analyses soulignent un processus majeur : l’amplification et l’accélération des tendances préexistantes. »Sur le même sujet : Sur la RN 88, le système Wauquiez en roue libre
Например, в 1993 году инженер-урбанист Жан-Марк Оффнер опубликовал в журнале «географическое пространство» статью с красноречивым названием: «структурирующие эффекты» транспорта : политический миф, научная мистификация», в котором он утверждает « » будь то железная дорога в девятнадцатом веке или французские автомагистрали, метро 1980-х годов, первые линии высокоскоростных железных дорог, эти объекты не обязательно являются “плюсом » (больше зон деятельности, штаб-квартир, магазинов, жителей, клиентов, туристов, студентов, оборот, прироста стоимости недвижимости). Анализы подчеркивают важный процесс : усиление и ускорение ранее существовавших тенденций. »
Des associations de terrain en arrivent aux mêmes conclusions. Dans sa note argumentant son avis défavorable donné au projet de RN88 entre Saint-Hostien et Le Pertuis, France Nature environnement Haute-Loire décrit les exemples de Moulins et d’Aurillac : « Largement désenclavée et accessible (A77), Moulins est une ville aujourd’hui très fragile, où les départs d’actifs sont supérieurs aux arrivées, tandis qu’Aurillac est en quelque sorte protégée par son enclavement : elle maintient une polyvalence de ses activités. Les acteurs économiques ne veulent pas voir qu’une infrastructure routière fonctionne dans les deux sens : si elle peut irriguer un territoire, elle le draine aussi. »
Полевые ассоциации приходят к таким же выводам. В своей записке, аргументирующей свое неблагоприятное заключение, данное проекту трассы RN88 между Сен-Хостьеном и Ле-Пертуи, французская природоохранная организация Верхняя Луара описывает примеры Мулен и Орийак : « Мулен, в значительной степени изолированный и доступный (A77), сегодня является очень хрупким городом, где отток активов выше, чем в других регионах». по прибытии, в то время как Орийак каким-то образом защищен своей территорией, не имеющей выхода к морю : он поддерживает универсальность своей деятельности. Экономические субъекты не хотят видеть, что дорожная инфраструктура работает в обоих направлениях : если она может орошать территорию, она также истощает ее» »
Le « réseau sanguin » cher à Pompidou / Дорогая » кровная сеть » Помпиду
D’où vient ce lien, qui semble indéfectible dans la bouche des élus et de certains acteurs économiques, entre la volonté de « désenclavement » et la croissance économique ? « L’autoroute est le lien entre les différentes entités productives et industrielles du projet gaulliste et est entièrement associée à l’imaginaire du progrès le plus moderne possible à cette époque », raconte Rémi Bénos, géographe à l’Institut national universitaire Champollion à Albi et au laboratoire Géode de l’université Toulouse-Jean-Jaurès. Cette époque est celle de la France de l’après-Seconde Guerre mondiale, dans laquelle évoluent en parallèle la construction de la Ve République, la reconstruction du pays et son industrialisation.Sur le même sujet : L’A69, enclave industrielle
Откуда взялась эта связь, которая кажется нерушимой в устах избранных должностных лиц и некоторых экономических субъектов, между стремлением к « освобождению от рабства » и экономическим ростом ? «Автомагистраль является связующим звеном между различными производственными и промышленными объектами голлистского проекта и полностью связана с представлениями о самом современном прогрессе, возможном в то время»,-рассказывает Реми Бенос, географ из Национального института Университета Шампольона в Альби и лаборатории жеода Университета Тулузы.-Жан-Жорес. Эта эпоха — эпоха Франции после Второй мировой войны, в которой параллельно развиваются строительство Пятой республики, реконструкция страны и ее индустриализация.По той же теме: автомагистраль A69, промышленный анклав
La notion d’aménagement du territoire est poussée à son paroxysme dans l’Hexagone, et toutes les grandes décisions liées aux infrastructures sont prises : créer des villes nouvelles autour de Paris, localiser l’aéronautique à Toulouse et le complexe pétrolier et gazier à Fos-sur-Mer, aménager les littoraux avec les stations balnéaires, commencer la construction de centrales nucléaires. Le tout émaillé d’un précieux réseau ferroviaire et routier.
Концепция территориального планирования достигает своего апогея в шестиугольнике, и принимаются все важные решения, связанные с инфраструктурой : создание новых городов вокруг Парижа, размещение аэрокосмического комплекса в Тулузе и нефтегазового комплекса в Фос-сюр-Мер, благоустройство береговой линии с морскими курортами, начать строительство атомных электростанций. Все покрыто эмалью ценной железнодорожной и автомобильной сети.
« Au même moment apparaît la notion de désenclavement, qui a une grande importance dans la vision gaulliste sociale de l’État puisque ce désenclavement est brandi au nom d’une équité et d’une égalité des services pour tout le territoire, que ce soit pour l’eau, le téléphone, le courrier ou les routes », ajoute Rémi Bénos.
« В то же время появляется понятие освобождения от рабства, которое имеет большое значение в голлистском социальном видении государства, поскольку это освобождение осуществляется во имя справедливости и равенства услуг для всей территории, будь то водоснабжение, телефон, почта или дороги », добавляет Реми Бенос.
Et ce logiciel de pensée en politique n’a jamais connu de bug. En 1970, Georges Pompidou comparait l’autoroute au « réseau sanguin » qui « doit irriguer sans interruption, sous peine que se constituent des goulets d’étranglement qui ôteraient l’essentiel de la vitalité économique ». La loi Pasqua de 1995 précisait : « En 2015, aucune partie du territoire français métropolitain continental ne sera située à plus de 50 kilomètres ou de 45 minutes d’automobile soit d’une autoroute ou d’une route express à deux fois deux voies en continuité sur le réseau national, soit d’une gare desservie par le réseau ferré à grande vitesse. » ZOOM : Il était une fois l’A69
И это программное обеспечение для политического мышления никогда не знало ошибок. В 1970 году Жорж Помпиду сравнил автомагистраль с « кровеносной сетью», которая « должна непрерывно орошаться, иначе возникнут узкие места, которые отнимут большую часть экономической жизнеспособности ». В законе Паскуа 1995 года уточнялось: «в 2015 году ни одна часть континентальной метрополии Франции не будет расположена на расстоянии более 50 километров или 45 минут езды на автомобиле ни от автомагистрали, ни от двухполосной скоростной автомагистрали, проходящей непрерывно в национальной сети, ни от станции, обслуживаемой департаментом транспорта. высокоскоростная железнодорожная сеть». увеличить : когда-то был A69
En 2019, une proposition de loi « visant à faciliter le désenclavement des territoires » déplaçait l’objectif à l’horizon 2025. Petite nouveauté en 2008 : un rapport du Sénat ajoutait le mot « durable » à celui de désenclavement. Malgré le Grenelle de l’environnement et les données scientifiques, les alternatives au tout-routier n’ont pas eu plus d’espace pour exister politiquement puisqu’il est écrit que « la route reste le seul mode de transport universel, c’est-à-dire capable par son accessibilité et sa souplesse d’utilisation d’assurer un désenclavement effectif de tous les territoires ».
В 2019 году предложенный закон « об облегчении освобождения территорий от рабства » перенес цель на 2025 год. Небольшое нововведение в 2008 году : в отчете Сената слово « устойчивый » было добавлено к слову «освобождение от рабства». Несмотря на экологическую опасность и научные данные, альтернативы бездорожью не имели больше возможностей для политического существования, поскольку написано, что « дорога остается единственным универсальным видом транспорта, то есть способным благодаря своей доступности и гибкости в использовании обеспечить фактическое освобождение всех территорий».
Un terme méprisant / Презрительный термин
Pour Enora Chopard, ce terme de désenclavement est méprisant : « Comme si les endroits où sont construites les routes [étaient] sans vie, sans tissu socio-économique, sans habitants, sans espace naturel. Comme si la France était une grande page blanche sur laquelle on peut tracer des routes pour amener la modernité dans des territoires vides. » Elle a été marquée par les discours des membres de la Lutte des Sucs, opposés à la RN 88 en Haute-Loire, qui parlaient d’« enclavement positif » de leur territoire, où des gens fabriquent des vêtements, des chaussures, font du maraîchage, de la culture, de l’élevage. Ils ne se sentent pas enclavés, donc n’ont pas besoin d’être désenclavés, mais ils ont besoin d’établissements de santé, de maternités, de services publics de proximité.Sur le même sujet : Le tout-voiture, une déroute écologique
Для Эноры Шопар этот термин «освобождение от рабства» пренебрежителен : «как будто места, где строятся дороги, [были] безжизненными, без социально-экономической структуры, без жителей, без естественного пространства. Как будто Франция — это большая белая страница, на которой можно проложить маршруты, ведущие к современности на пустующие территории. »Она была отмечена выступлениями членов «борьбы соков», выступавших против закона № 88 в верхней Луаре, которые говорили о« положительной замкнутости » своей территории, где люди производят одежду, обувь, занимаются огородничеством, земледелием, животноводством. Они не чувствуют себя не имеющими выхода к морю, поэтому не нуждаются в отсоединении, но им нужны медицинские учреждения, родильные дома, общественные службы на местах.По той же теме : всеавтомобиль, экологическая катастрофа
« Les projets routiers actuels pérennisent une vision hypercentralisée, autoritaire, quasi coloniale en étalant les zones métropolitaines de plus en plus loin, en asservissant de plus en plus de zones à la métropole, poursuit Enora Chopard. Ils éloignent davantage les services publics, rendent plus accessible du foncier à des promoteurs ou à des résidences secondaires pour des urbains aisés et enferment les gens dans une dépendance à la voiture. » Bien loin des promesses de vitalité des territoires grâce au « désenclavement ».
«Нынешние дорожные проекты сохраняют гиперконцентрализованное, авторитарное, квазиколониальное видение, расширяя мегаполисы все дальше и дальше, подчиняя все больше и больше территорий мегаполису», — продолжает Энора Шопар. Они еще больше отдаляют коммунальные услуги, делают землю более доступной для застройщиков или для вторых домов для состоятельных городских жителей и загоняют людей в зависимость от автомобилей. «далеко от обещаний жизнеспособности территорий за счет »освобождения от рабства».
Le désenclavement est une connexion à la mondialisation capitaliste néolibérale. / Освобождение от рабства — это связь с неолиберальной капиталистической глобализацией.
R. Bénos
Pour Rémi Bénos, s’interroger sur les réels besoins de désenclavement de tel ou tel territoire n’est pas la bonne question. « Ce mythe du désenclavement est en réalité utilisé pour justifier des projets qui ont d’autres objectifs (l’intégration dans la compétition mondiale de grandes entreprises, tel le groupe pharmaceutique Pierre Fabre pour l’A69) et pour renforcer le projet de métropolisation – en l’occurrence, la métropole toulousaine –, analyse le géographe, coauteur d’une note engagée qui détricote point par point l’argument du désenclavement concernant l’A69. Le désenclavement est une connexion à la mondialisation capitaliste néolibérale qui se traduit par des infrastructures autoroutières et des besoins d’espaces logistiques. Il faut donc remettre en cause l’ensemble du modèle de la modernité industrielle. »
Для Реми Беноса ставить под сомнение реальные потребности в освобождении той или иной территории-неправильный вопрос. « Этот миф об освобождении от рабства на самом деле используется для оправдания проектов, преследующих другие цели (интеграция в глобальную конкуренцию крупных компаний, таких как фармацевтическая группа Пьера Фабра для автомагистрали A69) и для усиления проекта метрополизации – в данном случае Тулузской метрополии, – анализирует Ле географ. соавтор обязательной записки, в которой пункт за пунктом опровергается аргумент об отмене блокировки в отношении A69. Освобождение от рабства — это связь с неолиберальной капиталистической глобализацией, которая проявляется в развитии инфраструктуры автомагистралей и потребностях в логистических пространствах. Поэтому необходимо поставить под сомнение всю модель индустриальной современности».
источник: https://www.politis.fr/dossiers/a69-le-proces-dun-grand-projet-inutile/